Цензура
25 сентября 2021 г.
Внутри Кафки
30 АВГУСТА 2014, ИГОРЬ ЯКОВЕНКО

ЕЖ/Олендская Мария

Этот самый Кафка начался сразу за входной дверью здания Тверского суда. Молодой человек в форме судебного пристава спрашивает паспорта и цель визита в суд у группы журналистов, в составе Александра Рыклина, Николая Сванидзе, Александра Подрабинека, Виктора Шендеровича, Александра Гольца, Ольги Пашковой и автора этих строк. Все, естественно, отвечают, что идут по делу ЕЖа. Когда очередь доходит до меня, пристав не выдерживает и спрашивает, что за ЕЖ такой и за что его судят? «Ежедневный журнал», — отвечаю. И дальше замялся, поскольку, за что судят ЕЖ толком не знал никто из участников процесса и я в том числе. И тут пристав сам в двух словах сформулировал суть всего происходящего: «Значит, правду пишет», - уверенно бросил он, и добавил: «вам в 38-й зал».

ЕЖ/Олендская Мария

Действо в зале № 38 началось с того, что судья отклонил два ходатайства ЕЖа, который просил, во-первых, заслушать в качестве свидетеля Александра Подрабинека, стремившегося объяснить, в чем конкретно нарушены его права как постоянного читателя, и, во-вторых, приобщить к делу распечатанные публикации ЕЖа, которые, по мнению редакции должны были доказать суду законопослушный и просветительский характер журнала. Судья счел, что ничего этого делать не надо, поскольку это к делу не относится. То есть, ни интересы читателей, ни характер материалов издания по мнению судьи не имеют никакого отношения к судьбе этого самого издания. Финал данного заседания сразу приобрел вполне отчетливые очертания.
Собственно, все заседание, в течение нескольких часов, истцы, то есть Сванидзе, Шендерович, Рыклин, Пашкова и адвокаты ЕЖа пытались получить ответ на два вопроса, которые они задавали почти полгода с момента блокировки издания. За что конкретно закрыли ЕЖ и что можно сделать, чтобы издание вновь стало доступно миллиону читателей.

Ответчики, то есть представители Генеральной прокуратуры (М.И.Рыжков) и Роскомнадзора (Васина Ю.В.) были крайне неизобретательны и унылы в своих многословных попытках уйти от ответа на эти вопросы. Прокурор рылся в папках и пытался там найти какие-то крамольные тексты ЕЖа. Пытался процитировать какие-то статьи, часть из которых к ЕЖу не имеет никакого отношения, а часть явно не содержит никаких призывов к чему-то незаконному.

А главное, было совершенно непонятно, почему все эти конкретные претензии по конкретным статьям нельзя было прислать в ЕЖ в момент блокировки, «незамедлительно», как требует закон. Этот вопрос, сопровождая его красноречивой и обстоятельной аргументацией, задавали все участники процесса со стороны истца. Адвокаты сыпали статьями закона, Рыклин был убийственно ироничен, Шендерович добивал оппонентов здравым смыслом, обращая их внимание на абсурд их позиции – наказывать СМИ, не говоря о сути провинности, аргументы Сванидзе были сдержанно – убедительны и не оставляли оппонентам ни малейшего шанса… Но это в том случае, если бы в этом суде кто-то обращал внимание на аргументы и закон.

ЕЖ/Олендская Мария

Однако, было полное ощущение, что в зале № 38 кроме представителей ЕЖа никого нет. Нет тех, по чьей инициативе заблокировали издание, и чья действительная функция не следить за выполнением закона, а просто мешать людям, всячески портить им жизнь, препятствовать общению. В зале № 38 мы были одни. И блестящему красноречию адвокатов и авторов ЕЖа внимали стены. Которые в какой-то момент стали сближаться и стало ясно, что их сближение не остановить словами, даже самыми красноречивыми. Мы были внутри Кафки, внутри того самого Процесса. Было очевидно, что сближение этих стен, в результате которого мы все, а не только коллектив ЕЖа, будем раздавлены, можно предотвратить не словами, или, во всяком случае, не только словами, а еще и чем-то совсем иным, какими-то поступками.

Впрочем, представители государства изредка отвечали нечто, заслуживающее внимания. Первый раз это произошло, когда сначала Николай Сванидзе, а затем Виктор Шендерович крайне убедительно объяснили, что у них в ЕЖЕ есть сложившаяся аудитория и государство, закрыв ЕЖ, нарушило права и авторов и этой аудитории. Кроме того, нарушены права авторов на доступ к их собственным произведениям.

Ответ представителей государства был изумительным. Во-первых, сказало государство, авторы могут теперь публиковаться в любых других СМИ, а их читатели могут их там читать. То есть, если у вас угнали машину, или отжали квартиру, нечего жаловаться, ведь вы можете приобрести новые, лучше прежних.
Но второй вариант отповеди государства зарвавшимся авторам был еще лучше. Его озвучил представитель Генеральной прокуратуры, то есть той конторы, которая призвана надзирать за соблюдением закона. Так вот этот надзиратель утешил Сванидзе и Шендеровича тем, что, оказывается, заблокировав ЕЖ, они вовсе не лишили читателей доступа к материалам любимых авторов, поскольку он, надзиратель знает, что ЕЖ все равно читают через всякие «зеркала» и прочие «анонимайзеры». То есть прокурор прямо предложил обходить собственный запрет, что, видимо, должно было придать его позиции более гуманный характер. Однако, черствые душой ЕЖовцы этого почему-то не оценили.

ЕЖ/Олендская Мария

Следующий перл поочередно выдали, сначала представитель Генпрокуратуры, потом дама из Роскомнадзора. Когда истцы совсем уж приперли прокурора к стенке своими требованиями хоть что-то сказать о причинах закрытия ЕЖа, и привести хоть какие-то конкретные примеры экстремистских текстов на данном сайте, он что-то крайне неразборчиво пробормотал насчет «тенденциозности» в освещении политических событий. Сказано это было, повторюсь, неразборчиво, но абсолютный слух Шендеровича это уловил, писатель тут же сделал стойку как фокс-терьер, увидевший барсука в прямом доступе, и от прокурора полетели клочья. Попытки Шендеровича выяснить, какого рожна прокуратура выступает в роли медиакритика и отслеживает вместо соблюдения закона «тенденции» в СМИ, привели к тому, что прокурор совсем сбился с членораздельной речи и начал просто мычать как задушенный.

Но, видимо, вот эта мысль о «преступной тенденциозности» издания была той внутренней формулировкой, которая и была принята как базовая внутри госструктур при принятии решения о закрытии ЕЖа. Это проявилось, когда уже даже судья, которого, видимо, достало то, что истцы задают ясный и простой вопрос, что же ЕЖ должен сделать, чтобы снять с себя немилость государства, а представители этого государства не могут на него дать внятный ответ, даже судья решил от своего имени задать этот вопрос. Судья, это вам не журналист, тут уж даме из Роскомнадзора пришлось отвечать. И она, пытаясь сказать что-то членораздельное, опять понесла про «тенденциозность». Мол, вам в редакции надо проанализировать свои публикации и устранить их «тенденциозность».

Это был не первый процесс, где ЕЖ пытался отбиться от преследований. Но впервые государство предъявило свои органы в такой непристойной наготе. Во всем их неприличии. Это был настоящий стриптиз. Люди ничего не скрывали. Они фактически открытым текстом говорили, что их не устраивают, не какие-то отдельные публикации, а именно редакционная политика. И целью является не соблюдение закона, а закрытие вполне конкретного СМИ в том виде, в котором оно существует. Это было нескрываемое торжество цензуры и беззакония. Одним словом, Процесс, как и было сказано.


ЕЖ/Олендская Мария


Фотографии ЕЖ














  • Артём Козлюк: Массовый шатдаун по всей территории страны сделать гораздо сложнее, и крайне нецелесообразно экономически... А вот локальные шатдауны вполне возможны и в мирное время.

  • "Московский комсомолец": Болгарский журналист Христо Грозев... сообщил, что получил сведения от спецслужб о якобы существующем плане замедления в России зарубежного сегмента интернета до 24 Кбит/с.

  • trueadviser: Главная ошибка нынешних властей, то что они считают, что заблокировав альтернативные источники информации, они смогут вещать лапшу людям через соловьиный помет дальше.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
У вас не грузится YouTube? Какая неприятная неожиданность!
14 СЕНТЯБРЯ 2021 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Репутация одного из основателей журналистской расследовательской группы Bellingcat Христо Грозева такова, что к его словам, вне всякого сомнения, стоит прислушиваться, а прогнозам доверять. Выступая в начале сентября на конференции имени Леннарта Мери в Таллине, он заявил, что российские власти обладают технологией, способной фактически отрезать Россию от всемирной Сети. Нет никаких сомнений в том, что работы в данном направлении в нашей стране ведутся. Такой сценарий полностью укладывается в общий тренд окончательной «суверенизации» родных пределов...
Прямая речь
14 СЕНТЯБРЯ 2021
Артём Козлюк: Массовый шатдаун по всей территории страны сделать гораздо сложнее, и крайне нецелесообразно экономически... А вот локальные шатдауны вполне возможны и в мирное время.
В СМИ
14 СЕНТЯБРЯ 2021
"Московский комсомолец": Болгарский журналист Христо Грозев... сообщил, что получил сведения от спецслужб о якобы существующем плане замедления в России зарубежного сегмента интернета до 24 Кбит/с.
В блогах
14 СЕНТЯБРЯ 2021
trueadviser: Главная ошибка нынешних властей, то что они считают, что заблокировав альтернативные источники информации, они смогут вещать лапшу людям через соловьиный помет дальше.
Ум, правда и совесть запрещены к выдаче
8 СЕНТЯБРЯ 2021 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Фирма, торгующая овечьей шерстью (ее владелец Абдула Умаров), зарегистрировала товарный знак «Умное голосование» по более чем 40 товарным группам, в том числе таким, как «пудра для медицинских целей», «растворитель вагинальный для медицинских целей», «свечи для окуривания» и т.д. Ни один из десятков этих товаров контора Абдулы Умарова не выпускает и очевидно выпускать не будет. Причем тут «УГ» и какой ущерб г-н Умаров понесет в случае использования этого бренда, сам г-н Умаров пояснить не смог, ограничившись пояснением, что «вот захотел и зарегистрировал». Сотрудники Яндекса отвечают журналистам, что в удалении «Умного голосования» из результатов выдачи совершенно не виноваты ни овцы, ни их шерсть...
Прямая речь
8 СЕНТЯБРЯ 2021
Артём Козлюк: Это довольно редкое судебное решение, особенно редко бывает, чтобы товарный знак зарегистрировали так быстро. Обычно заявку рассматривают год, два, а то и больше. 
В СМИ
8 СЕНТЯБРЯ 2021
РБК: В «Яндексе» заявили о намерении оспорить решение суда, однако прямая ссылка на созданный командой Навального сайт «Умного голосования» из поисковой выдачи исчезла...
В блогах
8 СЕНТЯБРЯ 2021
 Anton Ammosov: Хуже того, яндекс ещё подменяют настоящий сайт на фейковый в первой позиции. Будьте осторожны.
Владимир Путин поддерживает мертвых и душит живых
23 АВГУСТА 2021 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Ну, мы уже привыкли, что отечественная репрессивная машина максимальный ход набирает к пятнице. Почему так, нам неведомо. Возможно, это наследие древних времен, когда Администрация президента еще переживала из-за медийной реакции на те или иные события. Тут расчет вполне очевиден и примитивен – в выходные многие издания не работают, а за пару дней, глядишь, еще что-нибудь важное произойдет, внимание переключится, и, таким образом, негативная реакция нивелируется. Понятно, что нынче эти резоны выглядят анахронизмом, но, тем не менее, схема продолжает работать.
Прямая речь
23 АВГУСТА 2021
Андрей Колесников: ...мы понимаем, что это в рамках «войны», объявленной государством гражданскому обществу, частью которого являются независимые СМИ.